Собачий спецназ в действии - Лариса Яковенко

– Вы посмотрите на эту выдру, – сказала Истомина. Ишь, как заважничала, уже не скачет, а дефилирует по комнате как по подиуму, еще и попой крутит. Прекращай немедленно свои фокусы, загордилась она, видите ли, после объяснений в любви. Скромнее надо быть, скромнее, сколько раз я тебе говорила.

Крыся спокойно посмотрела на Анну Сергеевну, высунула маленький розовый язычок и неторопливо удались.

Прошло две недели. Варя кормила Федора обедом.

– Встретился в Тригорске с Борисом? – что он рассказывал про боевиков?

– Поют, трое уже на пожизненное заработали, да все они надолго сядут. Только один гаденыш отмазался. Он изнасиловал и убил единственную дочь Биляла Малгозова, который у дяди Ахмеда работает. А у жены сердце не выдержало, и она умерла. Билял обещал отомстить. Этот подонок испугался и сбежал к боевикам Хасана. О преступлении соседи знают, но все отказались быть свидетелями, боятся, его отец большая шишка. А в отряде он недавно, не успел еще себя проявить, да и адвокаты постарались. Завтра его выпускают из изолятора. Вот такие дела.

Варя, будем поступать в институт?

– Как скажешь, Федечка, с тобой хоть в институт, хоть на край света.

– Ах, ты моя декабристочка, дай я тебя поцелую. Варя, ты тогда займись учебниками, программой. Надо начинать готовиться. Скоро майские праздники, у меня будет свободное время, тогда и засядем. Я пошел.

На следующий день, ближе к вечеру Федору позвонил Комаров.

– Представляешь, этого гаденыша убили, как только он вышел из следственного изолятора. Прирезали как барана.

– Ты займешься этим делом?

– Да, но сам понимаешь, дело дохлое. Тот, кто это сделал, давно уже уехал из города, так что висяк гарантирован. Я бы сам его придушил за то, что он надругался над девушкой. Конченый садист и урод, туда ему и дорога. Кстати, вы разобрались с Максимом с возможностями джипа?

– А то, приезжай, покажу. Полный улет. Может, приедешь на майские с Максимом, на рыбалку сходим.

– Если не буду дежурить, обязательно. Ну, до встречи.

Федор собрался уже уходить, как в дверь кабинета постучали, и вошел высокий бородатый мужчина средних лет с сединой на висках.

– Здравствуй лейтенант, я Билял Малгозов. Спасибо, тебе. Я теперь твой вечный должник. Вот телефон, если будет нужна моя помощь, обращайся.

Он быстро вышел, сел в машину и уехал.

Федор крякнул и позвонил.

– Дядя Ахмед, здравствуйте. Как здоровье, дела, как ремонт?

– Спасибо, дорогой, все хорошо. У меня сегодня-завтра строители все закончат, а потом начнут навесы для торговых рядов делать, собачки денег заработали, так что теперь наши пенсионерки не будут мокнуть под дождем. У тебя какие-то вопросы есть, говори.

– Да вот хотел с Варей заскочить к вам на шашлыки, вы так расхвалили нового повара.

– Не успел ты, Федор, уехал Билял сегодня. Наверное, что-то случилось у него хорошее. Первый раз увидел, как он улыбается. Но вы приходите, я сам лично такой шашлык сделаю, пальчики оближешь.

– Спасибо, обязательно приедем.

Федор вернулся домой мрачный. Варя забегала вокруг него.

– Ты что такой смурной, неприятности на работе?

– Просто устал.

– Еще бы, целыми днями в напряжении. Садись, поужинаем, а хочешь, пораньше ляжем? Хоть отоспишься.

– Варя, помнишь, я вчера тебе рассказывал о подонке, который убил дочь Малгозова? Его сегодня зарезали.

– Туда ему дорога. А убийцу нашли?

– Нет.

– Ну и ладно, ты лучше ешь, а то такие страсти рассказываешь, на ночь глядя, не дай Бог, что дурное приснится.

Федор долго ворочался в постели, потом не выдержал.

– Варя, я знаю, ты предупредила Биляла. Расскажи, как это сделала, я же переживаю, может тебя надо подстраховать.

Девушка засмеялась.

– Федечка, не волнуйся, никто не подкопается. У моей японочки, как и у твоей ласточки есть компьютер и небольшой принтер. Я написала записку: «Тот, кого вы ищете, завтра выходит из следственного изолятора в Тригорске». Потом взяла Крыся, двух его дворняг и подвезла к кафе. Собаки полаяли, Билял вышел, бросил им косточки, а Крысеныш заскочил внутрь и положил записку на стул. Перед этим я с ним порепетировала. Все. А как ты догадался?

– Он ко мне зашел, сказал спасибо и оставил свой номер телефона. Иди ко мне, я сейчас надаю тебе по попке, а потом устрою Варфоломеевскую ночь со скачками.

– А давай начнем со скачек, – взвизгнула девушка.

Отдышавшись, они долго молчали, потом Варя сказала.

– Жалко, что баба Вера не знает, какая я счастливая. Она хоть и в строгости меня держала, но очень любила. Когда помирала, прижала мою руку к губам и говорит, – я так хочу, чтобы ты была счастлива, моя сиротинушка.

– Может она оттуда все видит?

– Если бы видела, знак какой бы подала, – вздохнула Варя.

Утром она проснулась и толкнула Федора.

– Смотри.

Потом вскочила с постели и бросилась к комоду. Порывшись, запрыгала и закричала. – Баба Верочка все видит и знает, видишь, на одеяле платочек батистовый лежит. Это она знак подала.

– Может, он как-то случайно сюда попал?

– Нет, Баба Вера крючком обвязывала платочки. После ее смерти осталось таких три, все они лежат на месте в комоде, я проверила. А-а-а, запрыгала снова девушка.

– Варька, – заорал Федор. Сколько раз говорил, чтобы ты не надевала эту ночнушку, в ней вся твоя розовая попка наружу, я из-за нее постоянно на работу опаздываю. Немедленно прыгай в постель, я тебя буду наказывать.

– Слушай, – шепнул он жене, – а это тоже баба Вера видит?

– Нет, она деликатная, отвернется, – засмеялась Варя.

На работу лейтенант снова опоздал.